О Бабе-Яге.
Светящиеся черепа.
 
 
Жила-была девушка-сиротка. Мачеха ее невзлюбила и не знала, как со свету сжить. Как-то раз говорит она девушке:
- Хватит тебе задаром хлеб есть! Ступай к моей лесной бабке, ей поденщица нужна. Сама себе на жизнь будешь зарабатывать.
- Когда же идти? – спросила девушка.
- Прямо сейчас! – ответила мачеха и вытолкала ее из избы взашей. – Иди и никуда не сворачивай. Как увидишь огни – там и бабкина изба.
А на дворе ночь, темно – хоть глаз выколи. Близок час, когда выйдут на охоту дикие звери. Страшно стало девушке, а делать нечего. Побежала сама не зная куда. Вдруг видит – забрезжил впереди лучик света. Чем дальше идет, тем светлей становится, словно костры невдалеке разожгли. А через несколько шагов стало видно, что не костры это светятся, а черепа, на колья насаженные.
Глядит девушка: кольями поляна утыкана, а посреди поляны стоит избушка на курьих ножках, кругом себя поворачивается. Поняла она, что мачехина лесная бабка – не кто иной, как сама Баба-Яга. Сейчас выскочит из избушки – тут бедняжке и конец придет.
Повернулась бежать куда глаза глядят – слышит, плачет кто-то. Смотрит, у одного черепа из пустых глазниц капают крупные слезы. А девушка наша была добрая и жалостливая.
- О чем ты плачешь, кощь человеческая? – спрашивает она.
- Как же мне не плакать? – отвечает череп. – Был я некогда храбрым воином, да попался в зубы Бабе-Яге. Бог весть, где истлело тело мое, где валяются мои костыньки. Тоскую по могилке под березонькой, но, видно, не знать мне погребения, словно послед- нему злодею!
Тут и остальные черепа заплакали, кто был веселым пастухом, кто девицей-красавицей, кто бортником… Всех сожрала Баба-Яга, а черепа на колья насадила, оставив без погребения.
Пожалела их девушка, взяла острый сучок и вырыла под березой глубокую ямину. Сложила туда черепа, сверху землей присыпала, дерном прикрыла и даже букетик цветов лесных положила, будто на настоящую могилку.
- Спасибо тебе, добрая душа, - слышит голоса из-под земли. – Упокоила ты нас, и мы тебе добром отплатим. Подбери на могилке гнилушку – она тебе путь укажет. Поклонилась девушка до земли могилке, взяла гнилушку – и ну бежать прочь!
Баба-Яга вышла из избушки на курьих ножках – а на поляне темно, хоть глаз выколи. Не светятся глаза черепов, не знает она, куда идти, где беглянку искать. Свистнула ступу и помело, но они в темноте заплутались и назад вернулись. Так и осталась Баба-Яга без поживы.
А девушка бежала до тех пор, пока не погасла гнилушка, а над землей не взошло солнце. Тут она и встретилась на лесной тропе с молодым охотником. Приглянулась ему девица, взял он ее в жены. Жили они долго и счастливо.
(А.Ремизов. Светящиеся черепа.)

Проливной дождь.
БАБА-ЯГА собирается хлебы печь. Задумала старая жениться – взять в мужья рогатого черта – Верхового. Он, известно, галчонок: всем верховодит.
Взгромоздилась на радостях банная нежить: банная нежить в сырости заводится из человеческих обмылков, а потому страсть любопытна. Вот заберется она за Гиенские горы пировать в избушку, насмеется, наестся, все перемутит, всех перепугает, - такая уж нежить.
А как ей весело: старик Домовой на бобах остался – показала Яга ему нос. Тоже жениться на Яге задумал!
Да и дед Домовой в долгу не остался: подшутил над Ягой.
- Бить тебя надо, беспутный, да и обивки-то все в тебя вколотить! – плачет Яга, ходит у печи.
- Бабушка, чего же ты плачешь?
- А как мне, Бабе-Яге, не плакать, не могу посадить хлебы: Домовой украл лопату. И плачет. Не унять Яге слезы: скиснутся хлебы – прибьет Верховой.
- Бабушка, не плачь так горько: мы тебе отыщем лопату. А слезы так и льются – полна капель натекает.
- Эй, помогите! Найдем мы лопату да бросим на крышу: Яга улыбнется – и дождь перестанет.
(А.Ремизов. Проливной дождь)